В суде Сергиева Посада продолжаются слушания по делу юриста Кантемира Карамзина
Дело Карамзина, заседание 9 марта: передача 315 тысяч долларов на глазах у свидетелей и следы монтажа на записях обвинения
19.03.2021
Писатель Олег Блоцкий обещал разобраться с Фондом Сороса за $300 тыс
Как писатель Блоцкий обещал разобраться с Фондом Сороса за 300 тыс. у.е. и всех кинул. Дело Карамзина. Заседание 18.03.2021
29.03.2021
Обвиняемый юрист Карамзин заявил отвод судье Барановой в связи с ее предвзятостью и необъективностью

Обвиняемый юрист Карамзин заявил отвод судье Барановой в связи с ее предвзятостью и необъективностью

Заседание 10 марта: Кантемир Карамзин заявляет о необъективности и предвзятости судьи Барановой и требует ее отвода

Заседание в Сергиево-Посадском городском суде по делу Кантемира Карамзина 10 марта, как и предыдущие слушания, было напряженным и оказалось не очень продолжительным, поскольку судья Баранова в очередной раз прервала его. На этот раз помимо ее нервной реакции на действия защиты, свою роль сыграл и тот факт, что на этот день у судьи были и другие планы.

У судьи мероприятие “с другим судом”

В начале заседания 10 марта Кантемир Карамзин попросил суд зачитать свое заявление об отводе судьи. Однако вскоре после того, как Карамзин начал зачитывать свое заявление, судья перебила его и сказала, что вынуждена прервать судебное заседание и перенести его на другое время в этот же день, поскольку у нее в данный момент “запланировано” мероприятие “с другим судом”.

Снова спор о вещественных доказательствах

С возобновлением заседания защитник Каратаева попросила суд закончить исследование вещественных доказательств, начатое на предыдущем заседании 9 марта, и вскрыть последний оставшийся конверт, а затем заявить ходатайство о возможности Карамзину ознакомиться с этими вещественными доказательствами и предоставить защитникам копии аудио- и видеозаписей в связи с тем что у защитников не было ранее возможности с ними ознакомиться.

Судья согласилась исследовать вещественные доказательства, сказав, что остановились на предыдущем заседании на двух DVD-дисках с камер видеонаблюдения в СИЗО №8 и задав вопрос, что еще желает исследовать сторона защиты.

Карамзин заметил, что исследование вещественных доказательств остановилось на двух DVD-дисках, но их при исследовании не удалось открыть. Кроме того, согласно протоколу осмотра, в конверте должно было находиться пять DVD-дисков.

Судья задала вопрос, какие еще вещественные доказательства хочет исследовать сторона защиты, добавив, что накануне после вскрытия конверта из него было извлечено два диска и не реагируя на слова Карамзина о том, что дисков согласно протоколу должно было быть пять.

Недообследованный мобильный телефон

Следующим вещественным доказательством, которое назвал для исследования Карамзин, был мобильный телефон.

Судья, обращаясь к защитнику Шумилову, спросила, есть ли необходимость осмотра мобильного телефона, если его настройки, согласно протоколу осмотра, сброшены к заводским.

Шумилов ответил, что его подзащитный в любом случае хочет подтверждения данных из протокола – того, что в мобильном телефоне отсутствует любая информация и что действительно он сброшен до заводских настроек.

Мобильный телефон был включен и находился в руках защитника Каратаевой. Судья комментировала происходящее для протокола и резко предупреждала, что в руки Карамзину телефон передавать нельзя, когда Каратаева демонстрировала дисплей телефона Карамзину.

В следующий момент судья, не дав возможности Карамзину и защите установить по данным в телефоне момент сброса настроек, потребовала вернуть ей телефон.

Каратаева заявила о возражении на действия председательствующего, но судья вновь потребовала вернуть ей телефон и заявила, что момент сброса до заводских настроек не имеет доказательственного значения по делу, в связи с чем выяснять этот вопрос необходимости суд не усматривает.

“Наличие мобильного телефона, его упаковка были проверены судом, телефон соответствует описанию в протоколе”, – добавила судья.

Однако Карамзин возразил, что не соответствует, сказав, что в протоколе указан другой номер, и попросил судью огласить номер телефона, но судья потребовала назвать следующее вещественное доказательство, которое хотела бы исследовать сторона защиты.

Вещественные доказательства = x-files?

Карамзин попросил просмотреть видеозаписи, исследование которых не было завершено накануне. Однако судья заявила, что открыть их не получается по техническим причинам, и снова предложила защите назвать следующее вещественное доказательство, которое защита хотела бы исследовать.

Но Карамзин возразил: судья на прошлом заседании решила, что эти записи будут просмотрены на ее компьютере, однако судья жестко прервала Карамзина и вновь потребовала назвать следующие вещественные доказательства, которые защита считает необходимым исследовать далее.

Следующим вещественным доказательством Карамзин назвал диск с файлами с мобильного телефона Портного, указанными в приложении к протоколу осмотра от 7 ноября 2019 года.

Защитники поддержали ходатайство Карамзина, Каратаева добавила, что все вещественные доказательства подлежат непосредственному исследованию в судебном заседании.

Судья не возражала и задала вопрос, что еще сторона защиты хотела бы изучить из вещественных доказательств.

Но когда Карамзин попросил представить суд все вещественные доказательства, в том числе еще два неизвестных конверта, судья ответила, что не знает, что это за конверты и не намерена их показывать и предъявлять, а требует от стороны защиты конкретно назвать ей те вещественные доказательства, которые защита хотела бы исследовать.

Судья снимает ходатайство

Защитник Каратаева попросила представить для исследования “оставшиеся вещественные доказательства, которые имеются в материалах дела”.

Однако судья ответила:

“Адвокату Каратаевой разъясняю, что она как адвокат вправе знакомиться с материалами дела, заявлять конкретное вещественное доказательство, которое она хочет исследовать непосредственно в судебном заседании. Какое вещественное доказательство стороны еще желают исследовать?”

Карамзин ответил, что у защиты не было возможности ознакомиться с вещественными доказательствами и попросил исследовать те вещественные доказательства, которые остались в материалах дела, на что судья нервно сказала:

“Понятно. Ходатайство не конкретизировано, в связи с чем суд его не рассматривает. Что еще?”

Неожиданное удовлетворение очередного ходатайства

Каратаева заявила ходатайство о предоставлении Карамзину возможности ознакомления со всеми вещественными доказательствами путем просмотра видеозаписей и прослушивания аудиозаписей, поскольку ранее не было такой возможности и просила о предоставлении защитникам копий всех аудио- и видеофайлов, которые имеются в материалах дела.

После получения согласия у всех сторон, включая прокурора и Портного, судья постановила удовлетворить это ходатайство.

Заявление Карамзина об отводе судьи

Далее судья предоставила слово Карамзину для заявления об отводе.

Карамзин приступил к оглашению своего заявления:

“Заявление от 10 марта 2021 года об отводе судьи. Сергиево-Посадским городским судом Московской области рассматривается уголовное дело по обвинению Карамзина и Портнова. Председательствующий по делу федеральный судья Баранова в процессе рассмотрения уголовного дела по существу неоднократно допускала нарушение права Карамзина на защиту. Согласно части первой статьи 61-й УПК, судья не может участвовать в производстве по уголовному делу, а также в случаях, если имеются иные обстоятельства, дающие основания полагать, что судья лично прямо или косвенно заинтересован в исходе уголовного дела.

Изложенные ниже обстоятельства свидетельствуют о необъективности и предвзятости председательствующего судьи.

Неизвещение защиты

Председательствующий судья 11 февраля 2021 г. без ходатайства государственного обвинителя по собственной инициативе поставила перед сторонами на обсуждение вопрос о продлении Карамзину и Портнову меры пресечения в виде заключения под стражу. Сторона защиты заблаговременно о рассмотрении этого вопроса не была извещена. В связи с необходимостью представления дополнительных доказательств, необходимых для рассмотрения вопроса о продлении меры пресечения, а именно документов, обосновывающих возможность содержания под домашним арестом, документально подтвержденных сведений о праве занимать жилое помещение, о зарегистрированных проживающих в нем лицах, о наличии их согласия на содержание в этом жилом помещении Карамзина под домашним арестом, для предоставления сведений о состоянии здоровья Карамзина сторона защиты просила перенести рассмотрение вопроса о продлении меры пресечения на другой день в пределах срока содержания Карамзина под стражей, который заканчивался 25 февраля 2021 года, при этом на 24 февраля 2021 года было назначено заблаговременно судебное заседание.

Сторона защиты не была заблаговременно извещена о том, что в судебном заседании 11 февраля будет поставлен на рассмотрение вопроса об изменении меры пресечения, поскольку на это судебное заседание предусматривался допрос представителя потерпевшего и свидетеля Николаева, что и было сделано. Названные лица были допрошены…”

Судья прервала Карамзина и сказала, что не надо цитировать полностью ход судебного заседания.

Карамзин продолжал:

“Предположение стороны защиты о том, что будут производиться именно эти действия, строилось на письменно доведенном судом до стороны защиты графике, в котором содержались даты судебных заседаний и предполагаемые в эти даты действия. В соответствии с этим графиком на 10–11 февраля 2021 года были запланированы допросы свидетелей. Следующие судебные заседания были запланированы на 24 февраля 2021 г. и на 2 марта 2021 г., а также указаны предполагаемые действия. При этом в этом графике не было отражено о том, что 24 февраля будет рассмотрен…”

Немотивированные отказы в удовлетворении ходатайств

Судья вновь прервала Карамзина и попросила его вернуться к ее действиям, которые по его мнению подпадает под статью 61 УПК [“Обстоятельства, исключающие участие в производстве по уголовному делу”].

Карамзин продолжил:

“Председательствующий по делу федеральный судья Баранова немотивированно отказала в удовлетворении ходатайства стороны защиты об отложении рассмотрения вопроса о продлении срока содержания под стражей, чем, по мнению стороны защиты, грубо нарушила права Карамзина на защиту и представление доказательств. Рассматривая поставленный судом же вопрос без надлежащим образом мотивированных и подкрепленных документами доводов защиты, суд не только поставил сторону защиты в неравное с обвинением положение, но и принял решение заблаговременно, невзирая ни на какие доводы защиты, что говорит о необъективности председательствующего по делу.

Также о необъективности и предвзятости председательствующего по делу судьи Барановой свидетельствует следующее. Согласно представленному 10 февраля 2021 года стороне защиты графику судебных заседаний и запланированных в них действий, подписанному судьей, суд не предполагал в этом графике, что сторона обвинения представит для допроса свидетелей Сильвестрова и Кожаного. Вместе с тем эти лица были включены в список лиц, подлежащих вызову как свидетели обвинения, и государственный обвинитель от их допроса и от представления этих доказательств к моменту составления графика не отказывался. Таким образом неизвестно, из каких источников председательствующим судьей было принято решение об исключении данных свидетелей из состава доказательств обвинения.

Преждевременный вывод о необходимости завершения рассмотрения дела

Более того, согласно этого графика, стороне защиты на допрос подсудимых и представление доказательств запланирован был один день – 3 марта 2021 года, а два дня – 9 и 10 марта – отведено на дополнение судебного следствия и окончание судебного разбирательства.

То есть даже не рассмотрев ни одного доказательства со стороны защиты и допрос подсудимых, суд преждевременно уже пришел к выводу о необходимости завершения рассмотрения дела, причем в столь сжатые сроки.

Многократное снятие вопросов защиты без ходатайств обвинителя

Также о необъективности и предвзятости федерального судьи Барановой свидетельствует то, что в ходе допроса свидетелей обвинения председательствующий неоднократно снимала вопросы со стороны защиты без ходатайства соответствующего государственного обвинителя об этом. Таким образом председательствующий по делу не только не обеспечивал возможность стороне защиты реализовать свои права, но и прямо препятствовал этому.

Так, в ходе судебного заседания 2 февраля 2021 года судья Баранова по своей инициативе без ходатайства государственного обвинителя шесть раз сняла вопросы стороны защиты, адресованные свидетелям обвинения. В дальнейшем это повторялось многократно. В судебном заседании 3 февраля 2021 года вопросы защиты снимались пять раз, судебном заседании 10 февраля 2021 года вопросы защиты снимались 47 раз, в судебном заседании 11 февраля 2021 года вопросы защиты снимались 28 раз.

Согласно части третьей статьи 15 Уголовно-процессуального кодекса суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Несмотря на это требования председательствующий, снимая вопрос защиты, давая по ходу процесса стороне защиты указания раскрыть суть взаимосвязи вопросов с предметом доказывания по делу, лишил сторону защиты возможности реализации права на защиту, поскольку после раскрытия вопроса зачастую свидетели, которые являлись заинтересованными лицами в силу своего должностного положения и взаимосвязи их с работодателями ФСИН России, взаимосвязи с незаконными действиями, совершавшимся сотрудниками названного органа, получили возможность корректировать свои ответы исходя из обозначенной стороной защиты проблемы. Зачастую вопрос со стороны защиты безапелляционно снимались без возможности такую связь продемонстрировать. Председательствующий давал распоряжение задавать следующий вопрос указанием “Дальше”.

Изложенное свидетельствует о нарушении судом принципов, предусмотренных положением статьи 15 УПК как в части неравноправия сторон в ходе судебного следствия, так и принятия судом на себя несвойственной ему функции обвинения.

9 марта 2021 года в судебном заседании судья создала специальные условия с целью воспрепятствовать стороне защиты реализации права на участие в исследовании доказательств, грубо нарушая положения статьи 240, части 3 статьи 227, статьи 147 (пункт 12), статьи 284 УПК Российской Федерации.

А именно: 1. Председательствующая воспрепятствовала исследованию стороной защиты личного дела подсудимого. В судебном заседании 2 марта 2021 года судом было удовлетворено ходатайство №1 – 240221, заявленное подсудимым об исследовании личного дела. Ходатайство было мотивировано ссылкой на показания Харчева. Свидетель Харчев сказал о том, что Карамзину…”

Судья прерывает заявление Карамзина об отводе и прекращает заседание

Судья снова прервала Карамзина и потребовала продолжать со следующего довода.

Когда Карамзин попросил его не перебивать и попытался продолжил, судья сказала:

“Если не будете меня слушать, я прекращу. Следующий довод, пожалуйста. Про личное дело я уже поняла”.

Карамзин попытался продолжить, но судья сказала, что объявляет Карамзину замечание за невыполнение требований председательствующего судьи, и снова потребовала:

“Либо вы переходите к следующему доводу, либо мы заканчиваем это”.

Карамзин, обращаясь к своим защитникам, спросил:

“Уважаемые защитники, я не могу заявить отвод уже?

Судья заявила, что она уже поняла произносимый Карамзиным довод:

“Это его довод – я поняла: не дала исследовать личное дело несмотря на то, что ходатайство ранее об истребовании личного дела было удовлетворено. Я это поняла, дальше что?”

Карамзин попытался объяснить, что речь идет о другом:

“Харчев сказал, что в личном деле находится справка…”

Однако судья снова прервала Карамзина и попросила защитников “сориентировать Карамзина”:

“У меня физически нет сегодня возможности слушать подробно изложение того, что происходило ранее в судебном заседании”.

На это Карамзин возразил:

“Зачем вы одновременно с рассмотрением нашего дела назначаете рассмотрение другого дела?”

Судья ответила:

“Я не вступаю с вами в перепалку, Карамзин,и не надо вступать со мной в диалог. Уважаемые защитники, либо сейчас доводится позиции по отводу коротко либо мы её выслушиваем в следующем судебном заседании”.

Карамзин попросил разрешения возразить на действия председательствующего.

Судья вновь объявила замечание Карамзину “за пререкания с председательствующим судьей” и сказала:

“Адвокат Шумилов, либо мы это сейчас дослушиваем в укороченным варианте, либо в следующем заседании”.

Карамзин после этого произнес:

“Я хочу заявить возражение и после этого…”

Но судья не дала договорить Карамзину и заявила:

“Прекрасно! Итак, в связи с тем, что сегодняшнее заседание не было запланировано, суд физически не имеет сегодня возможности продолжить это выслушивать (…). Учитывая то, что сейчас уже доходит 17 часов, суд не имеет возможности сегодня продолжить обсуждение заявленного вопроса. Мы продолжим его обсуждение в следующем в судебном заседании, которое состоится 15 марта в 14 часов”.

Карамзин перед этим объявлением, обращаясь к своему адвокату, выразил недоумение и возмущение тем, что судья назначила два дела на один, что противоречит определению Верховного суда.

После объявления судьи Карамзин задал вопрос судье, сможет ли он завтра ознакомиться с материалами дела, но судья ответила, что не знает. Адвокат Шумилов также попытался поставить перед судьей вопрос о том, что – как было определено судьей – Карамзин должен ознакомиться с материалами дела, но судья ответила, что не знает, что она будет доделывать сегодня и что у нее будет делать секретарь завтра.

“Будет возможность – будем знакомить [с материалами дела], не будет возможности – не будем знакомить”, – сказала судья Баранова и покинула зал заседаний.

Продолжение следует

На фото: Судья Сергиево Посадского суда Лилия Баранова

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Яндекс.Метрика