%d0%ba%d0%be%d0%bf%d0%b8%d1%8f-%d1%81%d0%bd%d0%b8%d0%bc%d0%be%d0%ba-%d1%8d%d0%ba%d1%80%d0%b0%d0%bd%d0%b0-2021-01-27-%d0%b2-13-25-29
ВЫПУСКАЙ! Акция в поддержку Кантемира Карамзина
27.01.2021
СИЗО_Суд Сергиев Посад Карамзин
Продолжение слушаний по делу Кантемира Карамзина. 2-3 февраля. Свидетели обвинения “мычат” и страдают амнезией
09.02.2021
Суд по делу Кантемира Карамзина

21 января начались слушания по делу Кантемира Карамзина. Биограф Путина в суд не явился из-за «отсутствия денежных средств»

Слушания по существу по делу Кантемира Карамзина начались в суде Сергиева Посада 21-го января 2020 г. спустя почти два года после ареста юриста.

Обвинитель Блоцкий, называющий себя писателем и биографом Путина, по заявлению которого ФСБ по Москве и МО было сфабриковано дело, от участия в заседаниях суда отказался, объяснив это отсутствием денег на проезд из Москвы в Сергиев Посад.

На заседании были исследованы документы и допрошен свидетель защиты, показания которого проливают свет на провокацию, организованную против Кантемира Карамзина в октябре 2019 в СИЗО-8 Сергиева Посада. Подробности заседания.

Переписка со следами корректировки

Дело рассматривает Судья Баранова Л.В. На заседании было начато исследование письменных материалов дела: судья перечисляла и кратко раскрывала содержание собранных в деле документов, стороны обвинения и защиты могли при этом обращать внимание суда на те или иные материалы, комментировать их. Позднее стороны могут заявлять ходатайства о недопустимости использования каких-либо материалов в суде. У защиты сейчас таких ходатайств о недопустимости 43, и они будут заявлены по окончанию изучения письменных материалов, представленных Прокурором.

Однако и на данном этапе прозвучали принципиально важные для раскрытия истины моменты. Так, среди прочего, Кантемир Карамзин обратил внимание суда на два протокола осмотра почтового ящика Олега Блоцкого, человека, по обвинениям которого и было сфабриковано дело против Кантемира, в которое позже посредством провокации добавились новые статьи обвинения. В почтовом ящике Блоцкого Кантемир заметил следы манипуляций, которые следствие умышленно оставило без внимания. Между тем они важны, так как в том числе и через этот почтовый ящик в июле 2007 происходили переговоры между Кантемиром и Блоцким относительно двух крупных займов, один из которых Блоцкий отказался признать.

Писатель Блоцкий решил использовать в качестве обороны нападение и выдвинул в 2007 году против Кантемира обвинение, которое в 2019 году “пригодилось” куда более могущественным силам для нейтрализации юриста Кантемира Карамзина в деле, в котором речь шла уже о миллиардах (более подробно см. здесь: https://federalcity.ru/index.php?newsid=8643

Кантемир указал, что в первом протоколе зафиксировано, что нотариус произвел по заявлению Блоцкого осмотр его почтового ящика, но раскрыл при этом только папку “Входящие”. Кантемир отметил, что на первом письме из списка входящих писем есть две пометки “Fwd” (Forward – пересылка) и «Fw». “Это означает, что это письмо является третьим в одной цепочке пересылки, оно следует после двух других”, – сказал Кантемир.

Однако никаких других писем во “входящих” в почтовом ящике нет, и это означает, что Блоцкий перед тем, как предоставить нотариусу переписку, удалил первые два письма. Если бы это были ответы, то на них стояли бы пометки “Re” (Reply – ответ). Кантемир также обратил внимание суда, что в почтовом ящике в папке “Удаленные” находится одно письмо, но нотариус не произвел его осмотр.

“Электронная переписка была подвергнута корректировке, очевидно. Два письма были удалены, письмо в папке “удаленные” нотариусом не рассмотрено”, – констатировал Кантемир. Он также просил суд обратить внимание на то, что он вел переписку с Блоцким с почтового ящика, который озаглавлен “Кантемир Карамзин” – то есть от своего имени, со своего почтового ящика.

Юрист указал на абсурдность предположения, что он как человек, который якобы готовился к преступлению, инкриминируемому ему, вел переписку от своего имени, тогда как Блоцкий, который выступает якобы законопослушным потерпевшим, для переписки с Кантемиром выбрал анонимный почтовый ящик, назвал его каким-то неизвестным именем и использовал его для переписки с человеком, который отдал ему без расписки огромную сумму.

Кроме того, в этом почтовом ящике у “выдающегося журналиста” Блоцкого находится всего лишь пять писем, обратил внимание суда на такую странность Кантемир.

“Какой-то мутный тип”

Когда суд дошел до исследования протокола обыска в камере Кантемира Карамзина в СИЗО, в ходе которого странным образом был обнаружен мобильный телефон, в зал был приглашен свидетель Соломин. (фамилия изменена – авт.)

Соломин был сокамерником Кантемира в октябре 2019 года, когда была разыграна провокация с мобильным телефоном, он присутствовал при так называемом обыске. Его доставили в суд по просьбе стороны защиты, и он дал важные показания.

Вопросы Соломину задавали сам Кантемир, прокурор и судья. Свидетель рассказал, что содержался в одной с Кантемиром камере с сентября по 17 октября 2019 года. За это время он неоднократно слышал, как Кантемир обсуждал с провокатором Дмитрием Зуевым многие вопросы, в том числе организацию в интересах Зуева бизнеса по деревообработке.

Напомним, Дмитрий Зуев выступал в роли “подручного” начальника СИЗО-8 Сергиева Посада, и на протяжении всего срока содержания Кантемира под стражей под угрозой ухудшения бытовых условий участвовал в вымогательстве крупных сумм с Карамзина. Тюремщики называли это “благотворительностью”. За полгода сумма составил 800 тыс. рублей.

Помимо этого Зуев использовал высокую квалификацию юриста Кантемира Карамзина в своих коммерческих интересах – для подготовки документов в арбитражный суд.

Аппетиты Зуева, которого в ходе допроса Соломин назвал “мутной личностью”, выросли настолько, что он потребовал от Кантемира профинансировать его личный бизнес-проект по деревообработке на сумму в 60 млн. руб., для чего передал Кантемиру бизнес-план этого проекта.

Зуев также потребовал от Кантемира купить ему айфон и 50 000 руб. для того, чтобы вести переговоры о своем бизнес-проекте. Зуев обещал добиться от следователя разрешения для Кантемира звонить с этого телефона своей семье.

Отвечая на вопросы Кантемира, Соломин, на глазах которого развивались события с участием Зуева и финальная провокация 17 октября, рассказал, что Кантемир называл Зуева коммерсантом и что Зуев вымогал деньги на бизнес – 60 млн рублей. Также Соломин рассказал, что накануне провокации Кантемир написал жалобу о вымогательстве со стороны Зуева, о чем Кантемир в один из вечеров и сказал Соломину, когда тот задал вопрос Кантемиру, что он пишет, сидя за столом.

После этого уже на следующий день и произошла провокация, которую в подробностях, отвечая на вопросы Кантемира, обвинения и судьи, описал Соломин. Так, Соломин поведал, что Зуев вечером 17 октября передал Кантемиру через “форточку” для передачи пищи в тарелке, накрытой другой тарелкой мобильный телефон (айфон) и переходник для вентилятора. С помощью переходника Кантемир тут же включил мини-вентилятор, столь необходимый в тесном помещении. Телефон же оказался заблокированным паролем, и Кантемир, не скрывая телефон от камер видеонаблюдения, после нескольких попыток подобрать пароль тут же вернул телефон через “форточку” пришедшему к камере через пять минут Зуеву со словами: “Заберите свои «тарелки», а то за ними сейчас ФСБ придёт”.

Зуев не хотел забирать обратно телефон в накрытой тарелке, но в конце концов, по настоянию Кантемира, забрал и ушел с ним, рассказал Соломин. Через 20 минут, продолжил рассказ, отвечая на вопросы Кантемира Соломин, неожиданно открылась дверь в камеру и прозвучала фраза “Карамзин на выход”. Кантемира вывели, а в камеру, по словам Соломина, “ворвалась куча народу” – четыре человека в форме СИЗО, два человека в гражданской одежде и снимающий на видео происходящее оперуполномоченный. Начался варварский обыск, вещи бросались в центр комнаты на пол, “все выворачивалось”, из камеры люди выходили и входили в нее вновь.

По словам Соломина, сначала один человек из сотрудников СИЗО подошел к тумбочке Кантемира и “ковырялся там”, потом другой сотрудник “ковырялся там два раза”, ничего подозрительного они не нашли. Затем уже человек в гражданской одежде также безуспешно пытался что-то обнаружить в тумбочке Кантемира. И только на четвертый или пятый раз в тумбочке был обнаружен телефон, похожий на виденный в этой камере несколько минут ранее.

Затем Соломину предоставили протокол обыска, который он, несмотря на давление человека “в штатском” и других участников обыска, отказался подписывать, поскольку в нем наряду с телефоном было указано зарядное устройство к нему, тогда как в действительности это был переходник для мини-вентилятора и он не мог использоваться для зарядки айфона. Но главное, очень неубедительно выглядел тот факт, что только в четвертый или пятый раз обыскивающие маленькую тумбочку Кантемира “заметили” в ней телефон.

Когда Соломину в суде показали протокол обыска, он уверенно заявил, что под протоколом стоит не его подпись. Он подробно пояснил после уточняющих вопросов представителя обвинения, по каким признакам видно, что подпись не его.

Соломин также рассказал, что камера, в которой “жил” Кантемир до вселения туда Соломина, была обустроена гораздо более комфортно в сравнении с другой, в которую ранее попал Соломин, и что многие предметы для комфортного существования в нее попадали через Зуева, а в разговоре с Соломиным Кантемир как-то сообщил, что сделал “подарков” СИЗО на сумму 800 тысяч рублей.

После провокации 17 октября и отказа подписывать липовый протокол Соломина из этой камеры перевели в другую. Когда судья задала Соломину вопрос, кто такой, по его мнению, Дмитрий Зуев, свидетель ответил: “Какой-то мутный тип. Он часто открывал “форточку” в камеру и какие-то непонятные вопросы мне постоянно задавал”.

Отвечая на другие вопросы судьи, Соломин также рассказал, что Зуев вел себя и действовал не как сотрудник СИЗО, и он считает, что Зуев действительно занимается каким-то бизнесом и вряд ли работает в СИЗО.

Следующее заседание 2-го февраля

Прошедшее 21 января заседание показало, что есть некоторая надежда на справедливость: и действия Блоцкого, и действия провокаторов в СИЗО поддаются разоблачению, и это не может не заметить суд и все, кто обладает здравым смыслом.

Стоит, однако, отметить: в декабре 2020 года впервые в истории правосудия апелляционная коллегия Верховного суда продлевала в качестве суда первой инстанции содержание Кантемира Карамзина (и Дениса Портного) под стражей. Что это значит? Что постановление о продлении стражи практически невозможно обжаловать, кроме как в Президиум Верховного суда, т.е. в надзорном порядке, хотя закон говорит, что у каждого гражданина должно быть право и на апелляцию, и на кассацию.

На следующем заседании, намеченном на 2 февраля, по ходатайству защиты будут исследованы вещественные доказательства по делу – мобильный телефон помощника Кантемира Дениса Портного (приходится пасынком Кантемиру), который оказался втянут в устроенную против Кантемира провокацию и теперь также находится под стражей и обвинением.

Мы будем следить за развитием событий.

Фото с летнего заседания суда.

Ссылки по теме:

Блоцкий “Я не помню” https://youtu.be/ZSxzODCeJeg

“Бутик ФСБ” https://www.youtube.com/watch?v=2PPcfYTXyQg&t=2s

Защитники Кантемира:

Горгадзе Ш.О. — кандидат юридических наук, адвокат, член Совета при Президенте РФ по правам человека https://gorgadze.ru

Каратаева В.А. – адвокат https://mka-sedlex.ru/team/advokat-viktorija-karataeva

Шумилов Ю.И. – адвокат, правозащитник

#свободукантемирукарамзину

#россиябудетсвободной

#навальный

#свободунавальному

#фсброссии

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Яндекс.Метрика